SULARU   /   Темы   /   Семь лет в меняющемся мире: попытки реанимации SIA «Pirmaden»

Семь лет в меняющемся мире: попытки реанимации SIA «Pirmaden»

Семь лет в меняющемся мире: попытки реанимации SIA «Pirmaden»

Продолжаем публикацию воспоминаний "Записки директора рижского обувного объединения в 1987-1994 годах", которую делаем еженедельно. Это нечастый пример экономических мемуаров, которые дают интересное преставление о взгляде директора промышленного предприятия и экономиста на период "слома" эпох.

Предыдущие главы:

Попытки реанимации SIA «Pirmaden»

Жизнь вносила свои коррективы и надо было искать альтернативу многолетнему стабильному сотрудничеству с немцами. Предстояло многое перекроить: найти новых поставщиков материалов и комплектующих в рублёвой зоне; разместить значительные объёмы обуви на других, желательно валютных, рынках сбыта; привлечь короткие и дорогие (других просто не было) заёмные средства для пополнения оборотных средств…

Тут как раз среди обувщиков прошла информация о начале работы в Москве новой и, по общему мнению, перспективной компании - открытого акционерного общества (ОАО) «Консенсус». Выехал в Москву для встречи с российскими коллегами и разведки обстановки.

Выяснилось, что ОАО «Консенсус» был создан руководителями Министерства легкой промышленности СССР. Процедура передачи юридических прав и материальных ресурсов от приказавшего долго жить союзного органа управления Министерству лёгкой промышленности РФ требовала времени. Инициативные союзные чиновники успели, пока реальное управление материальными потоками и связи на постсоветской территории оставались в их руках, зарегистрировать открытое акционерное общество «Консенсус» и предложить всем бывшим советским кожевенно-обувным предприятиям войти в эту новую структуру и продолжить привычное сотрудничество под патронажем хорошо и давно знакомых лиц (сейчас такую структуру назвали бы корпорацией). Выкупили акции ОАО «Консенсус» и стали соучредителями нового открытого общества практически все предприятия подотрасли и многие смежники (производители материалов для обуви из других отраслей промышленности) из всех бывших республик СССР. Список получился очень солидным - выживать нужно было всем.

Возглавил ОАО «Консенсус» бывший заместитель Министра лёгкой промышленности СССР Быховский Евгений Борисович, курировавший в союзном Правительстве кожевенно-обувную подотрасль. В состав Правления вошли бывшие руководители Управлений и Департаментов Минлегпрома СССР.

Я выступил на Правлении, ответил на множество вопросов о нашем совместном предприятии, сказал о согласии выкупить часть их акций, и сделал встречное предложение о вхождении ОАО «Консенсус» в капитал SIA «Pirmaden». Так как рижские совместные обувные предприятия «были на слуху» у всех специалистов нашей подотрасли, то согласие Правления было получено. Отмечу, что это было единственное такое решение в его короткой истории.

Практическое закрепление этого решения состоялось летом 1993 года на встрече руководителей Министерства промышленности Латвии, юридического владельца 94%-ной доли SIA «Pirmaden», и руководителей ОАО «Консенсус» в Риге.

Огромный уставный капитал (УК) SIA «Pirmaden» в размере десяти миллионов долларов, по мнению российских акционеров, был «неподъёмным» – тогда все общества с ограниченной ответственностью стремились минимизировать размер своего уставного капитала и, соответственно, собственные риски. Наша команда была с этим согласна - мы давно предлагали вывести из нашего УК все активы и уменьшить его до разумного размера (в то время для регистрации ООО было достаточно и сто лат), но латвийский главный акционер это предложение не поддерживал. Стоимость 1% участия в нашем капитале оставалась огромной - сто тысяч американских долларов. Понятно, что ни о каком контрольном участии ОАО «Консенсус» при этом размере УК речь не шла, хотя именно таким было первоначальное намерение Правления российского акционерного общества. В итоге россияне согласились на оплату только одного процента уставного капитала SIA «Pirmaden», мотивируя это тем, что и мы приобрели лишь 1% акций их акционерного общества (отмечу при этом, что стоимость одного процента их УК была в сто раз меньше).

Надо особо подчеркнуть то обстоятельство, что уставный капитал советско-западногерманского совместного предприятия «Пирмаден» формировался нами тогда, когда развал великого СССР не мог присниться даже в кошмарном сне. В то время для нас главной целью была задача минимизировать возможные дивидендные притязания немецких партнёров, исключить риски отчуждения советского предприятия западными немцами и отсечь саму возможность вмешательства немецкой фирмы в процес управления предприятием. Преследуя цель довести долю немецкого участия до уровня ниже важных десяти процентов, мы, компенсируя вклад немецкой стороны, завели в уставный капитал все свои активы. Кто мог в то время просчитать колапс советской системы?! Как можно было в конце 1989 - начале 1990 года предвидеть, что совсем скоро наступит время, когда мы остро пожалеем об этом своём акте патриотизма, который в конечном итоге и не позволит нам провести своевременную приватизацию SIA «Pirmaden» и спасти хотя бы часть обувного производста?!

ОАО «Консенсус» внесёт свою долю частично кожсырьём, частично оборудованием. Мы согласовали с россиянами и направления совместной деятельности в России: экспорт нашей обуви и сбыт её через сеть фирменных магазинов предприятий, входящих в акционерное общество, а также помощь в организации наших закупок материалов и комплектующих у них на условиях консигнации.

От ОАО «Консенсус» в состав Наблюдательного совета SIA «Pirmaden» вошёл Расщепкин А.П., бывший начальник обувного Управления Министерства лёгкой промышленности СССР. Мы уже имели опыт совместной работы с ним, когда в Минлегпроме СССР формировали списки закупаемого на Западе обувного оборудования для РПОО «Пирмайс Майс» в 1988 году, и нам легко было опять найти с ним общий язык.

Руководители ОАО «Консенсус», ознакомившись с ситуацией в Риге и Резекне, выразили готовность расширить своё участие в работе с нами на территории Латвии.

Во-первых, заявили о намерении организовать в городе Резекне, учитывая его близость к российской границе, таможенную территорию для работы с Европой всех предприятий ОАО «Консенсус». Такое предложение было способно оживить «замёрзший» местный деловой климат. Мы с Расщепкиным А.П. побывали в мэрии Резекне, договорились с руководителями города о передачи нам на баланс за символическую плату пустующего здания обанкротившегося завода с готовой инфраструктурой, прекрасно подходившего для размещения в нём фабрики по производству малотрудоёмкой литьевой обуви и складов для временного хранения экспортно-импортных товаров. Производство заготовок верха обуви, которые пошивались на нашем филиале в центре города, планировали перенести на новую площадку, а старое одноэтажное здание филиала передать мэрии. Под это решение россияне в зачёт оплаты доли SIA «Pirmaden» поставили недостающее оборудование, а мы перебросили сюда один свой литьевой агрегат «Десма», и наш главный механик Бузиков В.В. со специалистами на выделенной производственной площадке начал их монтаж.

Во-вторых, помимо литьевого производства обуви, россияне были намерены организовать поставки сырых шкур крупного рогатого скота из России. В целях их переработки и организации на территории Латвии собственного производства готового полуфабриката wet blue («вет блю») на экспорт и кожтовара для SIA «Pirmaden» мы с Расщепкиным А.П. провели переговоры с администрацией города Лиепаи на предмет приватизации кожевенного завода, бывшего филиала распавшегося комбината «Космос». Здесь также получили «зелёный свет».

Желание участвовать в таком проекте выразил и итальянский производитель обуви «Travel Fox», искавший в то время партнёров в Риге... Но довести до практической реализации этот в целом интересный международный проект не позволили круто изменившиеся обстоятельства. Запретительные таможенные пошлины на границе с Россией, медленные темпы продвижения проекта из-за тотального дефицита средств у всех сторон, и, наконец, накативший производственный и финансовый коллапс в России, сделали проект не актуальным. Распадётся и «Консенсус» - в 1996 году ОАО объявит себя банкротом.

Сделали мы попытку реализовать новый крупный контракт с Венгрией. Бывший переводчик генерального директора фабрики «Миношеги», нашего первого европейского партнёра, Катя Голо приехала к нам в Ригу со своим новым боссом венгерским предпринимателем Алексом Фридманом. Алекс готов был продвигать нашу детскую обувь в Венгрии и странах восточной Европы, где имел надёжные связи и сумел собрать на неё значительный объём предварительных заявок и протоколов намерений. У Фридмана в штате были профессиональные модельеры и они регулярно обновляли обувную коллекцию, размещая производство обуви из этой коллекции на стороне. Немецкая «Дельта» работала почти также, за одним «маленьким» исключением: немцы имели практически неограниченный дешёвый кредитный ресурс немецких банков. У Алекса такого ресурса не было, как не было цивилизованного финансирования и в Латвии. Проект был обречён, хотя продажи мелких партий нашей детской обуви за валюту А.Фридман делал и всегда корректно рассчитывался.

Мы были вынуждены искать альтернативу и кожевенному товару «Космос», у которого объёмы производства и качество кожтовара без нашей валютной подпитки разом упали. «Космос» практически распался, команда старого главного кожевенника Латвии Могилевского Абрама Исакиевича уже не работала как прежде и не могла производить кожтовар для SIA «Pirmaden» в необходимых объёмах. У нас же выпуск обуви продолжался и в кожевенном товаре мы по-прежнему нуждались, так как выпускали, как и всегда, исключительно кожаную обувь.

Тогда альтернативным поставщиком кожевенного товара стали кожевенные заводы России в городах Рассказово и Елец. С генеральным директором рассказовского завода Тибекиным Юрием Ивановичем мы подружились в Америке на курсах по системному управлению кризисными предприятиями. Эти курсы были организованы Правительством РФ для российских генеральных директоров. В состав однои такой группы как-то попал вездесущий и энергичный Дорофеев М.М., начальник обувного отдела ЦНИИКП, который сумел не только включить в неё Тибекина Ю.И. и меня, но и договорился со спортивной фирмой «La Ger» из Лос-Анджелеса о демонстрации у неё «русской» обуви и кожтовара «в целях возможного сотрудничества». Демонстрация продукции состоялась, никакого интереса на фирме не вызвала, а я долго мучился с реализацией двух огромных чемоданов обуви, привезённых с собой в качестве образцов. Выручил предприниматель из Риги М.Делоян, который забрал у меня обувь в Сан-Франциско для продажи местным «европейцам» - ностальгирующим эмигрантам из Европы, а рассчитался с SIA «Pirmaden» в Риге.

Товарищеские отношения связывали нас и с генеральным директором Елецкого кожевенного завода Овдиным А.И. Эти два прекрасных кожевенных завода России освоят немецкую технологию очень быстро, и мы не будем иметь проблемы с готовым кожевенным товаром. Проблемы будут в другом.

Настали отчаянные времена для реализации в Прибалтике даже такой превосходной обуви, как наша. Стоковые аналоги выпускаемых нами моделей других западных фирм хлынули через открытую границу из Европы по бросовым ценам, - наша реализация резко затормозилась, и мы были вынуждены постоянно искать новые рынки и формы сбыта. Перешли на выездную торговлю по городам Латвии, а затем и всех прибалтийских республик... Резко упали выручка и рентабельность, мы стали испытывать хронический дефицит оборотных средств.

В России же царил бандитизм и бартер, трудно было найти покупателя, но ещё труднее было получить ликвидную оплату. Рубли нас интересовали мало, конвертировать их в валюту можно было только по спекулятивному курсу, да ещё и прикрывая сделку по конвертации нанятой охраной. Да и обменивая деньги, все постоянно чувствовали себя опять обманутыми: ещё вчера был один курс, а сегодня всё резко изменилось и опять не в пользу рубля. Мы по бартеру искали любые активы, которые можно было продать за конвертируемую валюту или обменять на товары, нужные нам в производстве. Высоколиквидных активов было немного, но во все времена таковым являлось золото.

Объединение «Южуралзолото», некоторых руководителей которого я знал ещё в перид совместной учёбы и проживания в студенческом общежитии, было крупнейшим в России горнорудным предприятием, добывающим золото, и располагалось в родном городе жены. Право на свободную продажу золота в России ещё не ввели, но получать через аффинажные заводы готовые золотые украшения и изделия из золота собственной добычи по ценам значительно ниже рыночных, объединение право имело, и реализовывать эти украшения через свой отдел рабочего снабжения (ОРС) тоже. Тогда, подписав контракты со всеми участниками, мы создали длинную толинговую цепь: гнали из Риги фуры с обувью за три тысячи километров в ОРС «Южуралзолото», получали там золотые украшения, сдавали их на российские кожевенные заводы и забирали кожевенный товар для производства обуви в Риге… Опасная и вынужденная по тем смутным временам экзотика в бизнесе.

Начальником отдела рабочего снабжения на объединении «Южуралзолото» был в то время Наумов Г.Н., профессионал, прекрасно знавший своё дело. Вспоминаю связанный с ним забавный эпизод, вызвавший у меня гордость за земляков. Однажды поздно вечером в конце октября при сильном ветре и температурой воздуха близкой к нулю, он решил искупаться. Находившиеся рядом иностранцы, буквально застыли на месте, провожая его глазами. Не лишённый актёрских способностей, наш уралец продемонстрировал медленное чуть ли не по сантиметру погружение по пологому дну в ледяную воду. Какой был шквал аплодисментов, когда, поплавав, он вернулся, и как долго партнёры восторгались «подвигом», на который, они были убеждены, способны только родившиеся на Урале или в Сибири. Хорошо, что меня в тот момент не попросили немедленно доказать свою причастность к уральцам в холодных водах Прибалтийского моря…. К сожалению, это не давало никаких бонусов в совместной работе с иностранными партнёрами.

С объединением «Южуралзолото» была связана и история строительства родительского дома — история, наглядно продемонстрировшая экономическую ситуацию в России того периода изнутри... Родители жены жили в стареньком деревянном доме. Вода в доме была только летом, а зимой таскали с колонки за сто метров. И мы с женой решили построить нашим старикам новый дом со всеми удобствами. Сделать это тогда было не просто, так как серьёзные строительные мощности в этом городке были только у объединения, а оно не брало заказов на стороне - хватало собственных работ. Но вот в конце года мне в Ригу звонит генеральный директор объединения «Южуралзолото» Ю.И.Носырев и признаётся, что его администрации нечем выплатить зарплату работникам к Новому году. Летом, когда в отпуске я с готовым проектом обращался к нему с просьбой о строительстве родительского дома, он отказал, а тут предлагает срочно до конца года произвести оплату наличными деньгами сразу всей стоимости дома по проектной смете. В этом случае он подпишет договор на строительство дома «под ключ». Уточняю сроки, - обещает за год дом сдать. Перевожу стоимость дома по рублёвой смете в доллары США по банковскому курсу того времени и получаю… две тысячи долларов! Сам готовлю договор, главным в нём отмечаю пункт о выполнении всего объёма сметных работ независимо от инфляции рубля. И двух тысяч долларов оказалось достаточно, чтобы временно снять социальное напряжение на градообразующем предприятии и выплатить рабочим «Южуралзолото» авансы к Новому году!?

Но это ещё не конец истории. Стройка велась вместо года почти три. В России шествовала непрогнозируемая скачкообразная гиперинфляция, и сметная стоимость дома официально изменилась более чем в две тысячи раз согласно публикуемым повышающим строительным коэффициентам. Носырев Ю.И. из-за гиперинфляции был уже не рад, что подписал контракт со мной, и жаловался: «Ты заплатил тысячи рублей, а мы вкладываем в дом миллионы». Я же отвечал, что с ним дел иметь нельзя, так как он не выполняет договор – затянул строительство, а гиперинфляцию придумал не я, хотя на примере Латвии, предвидел. Объединение «Южуралзолото» так до конца и не выполнило весь объем строительства. Я и не требовал, так как за это время на финансовом поле России всё изменилось до неузнаваемости: рубли стали бумажками, царил бартер, договоры и люди обесценивались.

Деньги в России превращались в фантики с катастрофической быстротой. Как-то, при очередном выезде в Россию пришлось везти с собой для расчёта с Московским заводом «Искож» за обувную подкладку полный багажник тюкованных рублей (завод от «латышей» требовал при расчёте рублями только наличные) и представителя охранного ведомства с автоматом, держа в узде взведённые нервы.

Или ещё одна длинная схема с дефицитными в Латвии шкурами крупного рогатого скота, которые российские партнёры по контракту с нами собирали в деревнях Чувашской республики и завозили на кожзавод в Лиепаю. Там российские шкуры крупного рогатого скота превращались в востребованный на Западе латвийский товар — кожевенный полуфабрикат «вет блю». Мы оплачивали кожзаводу стоимость переработки и поставляли полуфабрикат в ФРГ на фирмы «BASF» или «Dulli». И уже оттуда завозили в Латвию полиуретан, подошвы, комплектующие материалы и химию для производства обуви на SIA «Pirmaden» и новой партии «вет блю» на кожзаводе...

Мир вокруг поменялся: государственное регулирование сменил бизнес без границ и совести, социальные гарантии и безопасность отменила новая власть без обязательств и ответственности.

FacebookВ КонтактеTwitterGoogle PlusОдноклассникиWhatsAppViberTelegramE-Mail